Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению и наказанию

Статья 5. Всеобщая декларация прав человека.

Били нагло, били и не стеснялись

В мире / Случаи жестокого обращения и пыток в мире 19-10-2017, 12:49 405 

Били нагло, били и не стеснялись 27 сентября 41-летнего жителя Нижнего Тагила Станислава Головко доставили в отдел полиции №17. В момент задержания он был в гостях у своего соседа Дмитрия. Мужчины о чем-то беседовали, когда в расположенную на первом этаже квартиру начали ломиться полицейские — звонили в дверь и прикладами стучали в окна. Им открыли, вспоминает Дмитрий, помещение наполнилось оперативниками и бойцами группы быстрого реагирования. Один из них — по имени Николай, уточняет хозяин квартиры — ударил его прикладом и прижал к стене, другие бросились на Станислава и надели на него наручники. «Вы за что хоть меня забираете?» — спросил тот. «Давай, поехали», — коротко бросил ему один из оперативников. Дмитрий протягивал полицейским куртку соседа, но Головко вывели на улицу без верхней одежды.

Последние два года Станислав жил вместе со своей сестрой Екатериной и ее шестилетним сыном; лишь иногда мужчина ночевал у своей подруги. С февраля по май 2017-го он проработал на «Уралвагонзаводе», но потом уволился и начал выпивать. За четыре года до этого Головко развелся с женой, их восьмилетний сын остался со своей матерью. По словам Екатерины, брат тяжело переживал развод и разлуку с мальчиком: вся его комната была увешана фотографиями ребенка.

26 сентября Екатерина последний раз видела брата живым. Она собиралась на работу. Станиславу пришлось уйти из квартиры вместе с сестрой — незадолго до этого он опять потерял ключи, уже в третий раз. Обычно Головко приходил домой после четырех; несколько раз, вернувшись раньше времени, он дожидался прихода сестры у своего приятеля — 27-летнего Дмитрия из соседнего дома. «Знакомы они недавно. Мама этого Дмитрия, я с ней встречалась на днях, сказала, что видела его в квартире всего раз. А вообще он у этого человека был раза четыре, насколько я знаю. Ждал меня, когда не мог попасть домой без ключей. Он заходил к нему, у него сидел, некуда же идти», — рассказывает Екатерина.

По словам сестры, меньше, чем через час после задержания Станиславу вызвали скорую помощь. Медики забрали его из отдела полиции №17 на улице Тельмана, 40; в больнице у задержанного зафиксировали ушибленную травму головы. Оттуда, говорит сестра, Головко доставили в суд, отправивший его в изолятор.

За несколько дней до задержания Станислава оперативники приходили в детский сад, который посещает сын Екатерины, и расспрашивали воспитателей о том, употребляет ли мать ребенка спиртное. «Сотрудники детского сада запомнили, что документы сотрудники правоохранительных органов показали в неразвернутом виде. К ребенку они их, конечно, не пустили», — утверждает женщина. Педагоги дали сотрудникам МВД ее номер, в тот же день с Екатериной связался оперативник, который поинтересовался, где находится ее брат. «Вы не переживайте, нам бы ему только несколько вопросов задать, ничего серьезного», — заверил Головко ее собеседник.

«И вот 27 сентября они забрали его, чтобы задать несколько вопросов, а 30 сентября он лежал без сознания в реанимации», — говорит Екатерина.
Как отмечено в регистрационном журнале отдела №17, допрос Головко проходил в кабинете №402, вел его старший лейтенант Ялунин. В том же журнале, по словам сестры, указано: «В ходе допроса подозреваемый стал вести себя неадекватно и сам себе нанес тяжкие телесные повреждения». 30 сентября Станиславу Головко сделали трепанацию черепа.

«Никто ничего мне не сообщил: ни медсестры, ни приемный покой, ни главврач. Никто не попытался найти родственников и кому-то сообщить. Он ведь не бесхозный, понимаете? Он ведь поступил с фамилией и именем из отделения полиции, с допроса», — возмущается Екатерина.

Почти неделю она пыталась разыскать брата. 2 октября домой к ней зашел Дмитрий — передать, что Станислав лежит в реанимации. «Приезжайте завтра днем, сегодня вас к нему никто не пустит», — сказали ей в приемном покое. Врачи смогли лишь кратко объяснить женщине, что у брата поврежден один из желудочков головного мозга.

«На следующее утро я позвонила в больницу в 9:53. Мне сказали, что в 9:20 он умер», — рассказывает Екатерина. Ее пригласили на опознание, однако, когда она приехала в морг, тело брата показывать ей отказались. «Кто-то позвонил им и сказал, что тело "криминальное" и показывать его не надо», — говорит сестра погибшего. Не разрешили ей взглянуть на тело и в другом морге, куда труп Станислава доставили на судмедэкспертизу.

«До этого я пришла к следователю и сказала, что хоронить брата я не буду, что уберу его тело в холодильник и буду делать свою независимую экспертизу. На что он мне сказал: "Не занимайтесь ерундой"», — вспоминает Головко. Поразмыслив, она согласилась организовать похороны, впрочем, предупредив следователя: «Но в случае чего, я буду готова сделать эксгумацию».

Внимательно осмотреть тело брата Екатерина смогла только непосредственно перед похоронами: «Я, насколько смогла, его раздела — голову размотала, она была закрыта сверху тряпочками. Я видела синяки большие, гематомы на голове. Я приподняла ему немного голову, осмотрела затылок. Лицо было открыто и сильно загримировано, как будто маска. Я его сразу узнала, конечно, но очень страшно было. И даже этот плотный грим не смог скрыть синяки на лице, они такими шишками были на лице набиты».

Екатерина по локоть задрала рукава рубашки. Руки брата были покрыты синяками и ссадинами, на запястьях видны следы от наручников. «Мне один эксперт через знакомых сказал, что травмы и ушибы такого характера, что видно, что человек защищался, закрывал голову руками», — говорит она.
Затем сестра приподняла рубашку, в которую был одет покойник, и обнаружила, что из груди Станислава почему-то торчит катетер; его живот и грудная клетка были покрыты гематомами. «У него синяки были всех цветов — желтые, голубые, сиреневые, — вспоминает Екатерина. — Места живого нет. Били нагло, били — и не стеснялись».

Врачи говорить с родственницей умершего отказались; некоторые из них закрывали перед ней двери кабинетов. Только одна медсестра, умолявшая не упоминать ее имя, сказала, что видела, как Станислава голым везли в операционную. Его лицо, по словам медсестры, было сильно разбито. В больнице Екатерине выдали окровавленную одежду брата; нижнее белье было испачкано экскрементами.

Официальный представитель свердловского областного главка МВД Валерий Горелых, отвечая на вопросы издания E1.ru, сообщил, что Головко «ранее привлекался к уголовной ответственности за причастность к разбойному нападению, более 10 раз — к административной ответственности за различные нарушения». «Он был доставлен в территориальный ОВД для того, чтобы отработать его причастность к совершению кражи», —добавил Горелых. Екатерина объясняет: недалеко от их дома расположен опорный пункт полиции, поэтому ее брата периодически «оформляли» за распитие или нахождение в общественном месте в нетрезвом виде. «Он на остановке в магазине выпивал, до дома идти 15 метров. И полицейские его переодически по пути оформляли», — рассказывает Головко. По ее словам, находя очередную квитанцию на административный штраф в карманах Станислава, она отчитывала его.

По мнению Екатерины, местные полицейские считали ее брата «забулдыгой», поэтому задерживали его, не обременяя себя формальностями. «Хотели закрыть какую-то кражу», — допускает сестра погибшего.

В Следственный комитет Екатерина обратилась еще до похорон. Делом занялся следователь Евгений Комаров. 17 октября он вручил Головко постановление о признании ее потерпевшей. В документе говорится, что «неустановленный сотрудник полиции, находясь в неустановленном месте» применил к погибшему насилие, «причинив ему травму головы». Интересы потерпевшей представляет адвокат Алексей Бушмаков, сотрудничающий с «Зоной права».

В отделе полиции №17 комментировать смерть Станислава Головко отказались. МВД Свердловской области проводит собственную проверку случившегося.

«Руководством ГУ МВД России по Свердловской области по данному факту назначена и проводится служебная проверка. Ее поручили провести наиболее опытным сыщикам управления собственной безопасности главка. На сегодняшний день она еще не завершена. Когда будет поставлена точка в расследовании, мы дополнительно проинформируем общественность и СМИ. Вместе с тем, отмечу, что в случае, если будет установлено, что должностные лица о которых идет речь, преступили черту закона и свои служебные полномочия, они понесут не только строгую дисциплинарную ответственность, но и уголовную», — сообщил «Медиазоне» Валерий Горелых. По его словам, районная полиция помогает следователям в работе над делом о гибели Станислава Головко.

«Также отмечу, что в свердловском гарнизоне полиции всегда максимально объективно и принципиально подходят к тем, кто неадекватно поступил в той или иной ситуации. Принцип один: нарушил закон — отвечай, вне зависимости от должности, звания, связей былых заслуг. Только за девять месяцев нынешнего года по материалам сотрудников полиции УСБ ГУ МВД области региональным Следственным комитетом возбуждена серия уголовных дел в отношении 47 представителей системы МВД, в том числе 19 — по фактам коррупционных преступлений. И работа по самоочищению гарнизона продолжается, она находится на личном контроле у начальника главка», — добавил Горелых.

8 октября следователи возбудили уголовное дело по факту умышленного причинения тяжкого вреда здоровью (часть 1 статьи 111 УК) и превышения должностных полномочий с применением насилия, повлекшего тяжкие последствия ( пункты «а», «в» части 3 статьи 286 УК).

«Сейчас говорят, что следствие идет, что все будут наказаны. Просто, вы знаете, я почему-то не верю никому. Мне хочется верить, но… Я думаю, что могут сесть левые люди или кто-нибудь один за всех вот этих. Никто до сих пор не отстранен, все работают. В общем, сказали, что следствие идет», — вздыхает Екатерина.

У данной публикации еще нет комментариев. Хотите начать обсуждение?

Добавить комментарий

 

Последние новости сайта mediacenter.md

Ежемесячный Бюллетень Центра экологической журналистики, июль - август 2019 года

Июль - август 2019 года. Центр экологической журналистики (ЦЭЖ) ОО «Медики за экологию» г. Дубоссары предоставляет профессиональным и гражданским журналистам открытую информационную площадку – ...

ИНСТИТУТ ДЕМОКРАТИИ ОБЪЯВЛЯЕТ ПРОГРАММУ СУБГРАНТОВ

С целью противостояния применению пыток в Республике Молдова в рамках Европейского инструмента содействия демократии и правам человека, Институт демократии в партнерстве с Национальным институтом ...

Журналисты из Приднестровья посетили первый канал Грузии

Впервые на Первом канале Грузинского телевидения побывали журналисты из Приднестровья. Целью визита явилось повышение профессиональных навыков журналистов, содействие обмену международной практикой и ...