Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению и наказанию

Статья 5. Всеобщая декларация прав человека.

Пару слов о том, как президент нижегородского университета борется с вредителями в тюрьмах

В мире / Публикации по теме 5-10-2016, 17:00 571 

Роман Григорьевич Стронгин, президент Нижегородского государственного университета имени Лобачевского и, как утверждает Википедия, действительный член Нью-Йоркской Академии Наук, а по совместительству руководитель Общественной палаты Нижегородской области, сказал на заседании этой самой палаты, что меня и ещё семерых моих коллег – практикующих юристов в области защиты прав человека – нельзя допускать для общественного контроля в места принудительного содержания, по-русски говоря, в тюрьмы, следственные изоляторы и отделения полиции.
Вредители, мол, мы. Работаем в организации, которая имеет иностранное финансирование.

Вот так. Ни больше, ни меньше. Вредители. Так и сказал.

Не совсем понятна такая внезапная категорично-взволнованная реакция главы Общественной палаты и единодушно поддержавших его членов, которым до недавнего времени не было никакого дела ни до тюрем, СИЗО и прочего, ни до нас – людей, проверяющих, как там с правами человека в этих самых тюрьмах.

Мои коллеги и друзья из Комитета по предотвращению пыток на протяжении восьми лет, с тех пор когда были созданы Общественные наблюдательные комиссии по соблюдению прав человека в местах принудительного содержания, совершили сотни выездов в места лишения свободы, реагировали на нарушения прав человека, устраивали обучающие семинары для сотрудников правоохранительных органов, теперь вдруг решили вредить, по мнению Романа Григорьевича?

Это ведь он, занимая пост главы Общественной палаты, в любое время года и суток выезжал в Сухобезводное, или посёлок Пруды, или, например, в СИЗО № 3?
Это ведь он шариковой ручкой или диктофоном фиксировал сотни заявлений о нарушениях прав человека и преступлениях?
Это ведь он составлял кипы документов с сообщениями о преступлениях, которые отправлялись в прокуратуру и Следственный комитет?
Это ведь он размещал информацию в средствах массовой коммуникации о выявленных нарушениях?
Это ведь ему сотрудники колонии говорили спасибо за то, что он направил обращение во ФСИН, после чего, наконец, были выделены деньги на ремонт крыши?
Это ведь его заключённые женщины благодарили за то, что он решал проблему с выплатой детских пособий?
Это ведь он помогал Министерству внутренних дел в поиске бывшего начальника колонии, подозреваемого в совершении серии преступлений...

Я три года был членом Общественной наблюдательной комиссии. Дело – реально неблагодарное. К сожалению, ни господина Стронгина, ни членов Общественной палаты никогда не волновало, что происходит с соблюдением прав человека в местах принудительного содержания. За время моей работы я не видел никакого участия ни от главы Общественной палаты, ни от её представителей.

Но вдруг теперь, когда набирается новый состав в Общественную наблюдательную комиссию, наша работа на пользу общества и государства называется главой Общественной палаты Нижегородской области почему-то вредительской.

Ещё раз повторю, работа неблагодарная. Осуждённые ждут от нас, что мы им по щелчку пальца сможем помочь, несмотря на то что не обладаем полномочиями прокуратуры или Следственного комитета, сотрудники правоохранительных органов, в свою очередь, зачастую относятся к нам как к людям, которые своими дилетантскими сандалями топчут их кухню и сор из избы метут, наши родственники вообще бы желали, чтоб мы никуда не ездили – кому в здравом уме хочется, чтоб их муж, сын, брат катался по зонам вместо общения с семьей?

Но тем не менее на протяжении всего этого времени мы были одним из немногих источников правдивой информации, которую удавалось донести до общественности из мест, от попадания в которые, согласно народной поговорке, не стоит зарекаться.

Теперь глава Общественной палаты НО отказывает нам в возможности работать наблюдателями, аргументируя это какими-то совершенно бредовыми категориями, не свойственными ученому.

Не знаю... Возможно, у Романа Григорьевича есть какие-то свои предположения касательно нашей якобы вредительской деятельности...
В связи с этим предлагаю ему вместе с нами скататься куда-нибудь за 250 километров от Нижнего Новгорода, пообщаться с больными СПИДом и туберкулезом, или посмотреть и понюхать камеру, на стенах которой грибок толщиной с палец и не работает канализация в неприватном туалете, или услышать истории, как тяжелобольным людям предлагают цитромон или 15 суток в шизо на выбор.

Роман Григорьевич, надо ехать, а то потом и некому будет...
Иван Жильцов, страничка facebook.

У данной публикации еще нет комментариев. Хотите начать обсуждение?

Добавить комментарий

 

Последние новости сайта mediacenter.md

Жизнь ромов во время пандемии

Для 9 из 10 ромов сезонная работа – единственный источник доходов. Из-за стигмы ромы сталкиваются с трудностями при трудоустройстве. Они не могут найти постоянную работу, а значит, не могут ...

Ежемесячный Бюллетень Центра экологической журналистики, июль 2020 года

Июль 2020 года. Центр экологической журналистики (ЦЭЖ) ОО «Медики за экологию» г. Дубоссары предоставляет профессиональным и гражданским журналистам открытую информационную площадку – Интернет сайт ...

Продукты питания, моющие и гигиенические средства были предоставлены женщинам рома в Приднестровье

Некоммерческое партнерство Диаспора ромов Шатер на Днестре сердечно благодарит OOH и UN Women за оказанную помощь в виде продуктов питания, моющих, гигиенических, дезинфицирующих средств и защитных ...